Публикуемые документы извлечены из фонда №12 «Канцелярия Начальника Терской области. I отделение. 1 и 2 столы (1858-1870 гг.)» Центрального государственного архива РСО-А. Оба они относятся к первой половине 60-х гг. XIX в. – времени формирования нового аппарата управления Терской областью, образованной 26 января 1860 г. из Левого фланга Кавказской военной линии.

Создание новой территориально-административной структуры повлекло за собой разработку соответствующего положения, регламентирующего порядок управления в области. Подготовка документа была поручена областной администрации, возглавляемой командующим войсками Терской области генерал-майором Д.И. Святополк-Мирским, вступившим в должность в сентябре 1861 г. При этом за образец рекомендовалось взять положение по управлению Дагестанской областью, которое, с точки зрения высшего кавказского руководства, вполне удовлетворяло «потребностям народа и видам нашего правительства» [1, 1253].

Подготовив проект управления Терской областью, Д.И. Святополк-Мирский направил его на рассмотрение командующему Кавказской армией генерал-адъютанту Г.Д. Орбелиани, снабдив помещенной ниже пояснительной запиской, составленной в апреле 1862 г., в которой представил собственное концептуальное видение управления краем. Записка Д.И. Святополк-Мирского интересна прежде всего тем, что в ней первый начальник Терской области обстоятельно доказывал важность особого подхода к управлению областью, которая во многих отношениях отличалась как от Дагестанской, так и Кубанской областей, и настаивал на дифференцированном подходе к разработке положений для каждого из этих регионов. Будучи посвящена вопросу учреждения постоянной милиции в области, записка командующего войсками Терской области, по сути, представляла собой программный документ, в котором на основе детального анализа традиционной специфики горских обществ давалось системное обоснование необходимости учета в управленческой практике местных особенностей самоорганизации и соотнесения их с общеполитическими задачами империи в регионе.

После обсуждения в Кавказском комитете и Военном совете и внесения изменений [1, 1265] «Положение об управлении Терской областью» было утверждено высочайшим указом 29 мая 1862 г. [2, 487-502]. Тем же указом учреждались охранная стража и земская полиция, сформированные на началах, предложенных Д.И. Святополк-Мирским, – в охранную стражу набирались люди из местных жителей, причем из уважаемых фамилий, их служба приравнивалась к государственной и оплачивалась из казны. Земская полиция, в которую назначались «пятисотсотенные и сотенные» старшины и их помощники, передавалась в помощь участковым начальникам и наибам, и за службу старшинам и их помощникам полагалось жалованье от 5 до 20 рублей ежемесячно [3, 502-503]. Таким образом, в административный аппарат Терской области на низовые посты были допущены представители местного населения.

Реформа управления, произведенная в 1862 г. «Положением об управлении Терской областью», повлияла и на организационные формы судопроизводства, которое должно было осуществляться в создаваемом независимо от окружных и участковых судов Главном (областном) народном суде Терской области «из почетных лиц по выбору народа», вводившемся специально «для судебной расправы между туземцами» [2, 499].

Однако с открытием этого судебного учреждения никто не спешил, что с удивлением обнаружил, вступивший в марте 1864 г. в должность начальника Терской области, генерал-лейтенант М.Т. Лорис-Меликов [4, л.л. 1-10 об.]. Еще в 1863 г. он, оценивая общее состояние области и тех дел, которые требуют скорейшего решения, сообщал о крайне неудовлетворительном состоянии местного гражданского управления, обусловленном, прежде всего, потому, что «в области нет никаких судебных учреждений, кроме плохо устроенного городового суда во Владикавказе», и жители, «ведающиеся законами Империи, число которых весьма значительно как во Владикавказе, так и в прочих местах области», вынуждены обращаться в палаты Ставропольской и Тифлисской губерний [5, л. 9]. Вопрос об открытии во Владикавказе областного суда обсуждался в Совете наместника кавказского, куда была представлена соответствующая записка, составленная членом Совета, действительным статским советником князем, Багратионом Мухранским. Владикавказский областной суд предполагалось устроить по примеру Дагестанской области, но, хотя эта идея и была одобрена императором, реальное ее исполнение затягивалось. М.Т. Лорис-Меликов вынужден был лоббировать вопрос об открытии областного суда во Владикавказе через начальника Главного штаба и статс-секретаря барона Николаи [5, л. 9 об.-10].

В результате настойчивых напоминаний М.Т. Лорис-Меликова Терский областной суд все же открылся, хотя и двумя годами позже времени учреждения в Терской области нового управления – 28 октября 1864г., на основании Высочайшего повеления, о чем было объявлено специальным приказом начальника Терской области [6, л. 107-109 об.].

Второй публикуемый документ представляет докладную записку начальника Терской области М.Т. Лорис-Меликова по поводу устройства Главного Народного суда Терской области, подготовленную в апреле 1864 г. и адресованную кавказскому наместнику великому князю Михаилу Николаевичу. Однако ряд предложенных М.Т. Лорис-Меликовым принципов организации нового судебного учреждения (последовательные заседания во Владикавказе, Грозной и Хасав-Юрте, сменяемый состав депутатов, выбираемых отдельно в каждом из отделов области) не был принят, и в конечном итоге Главный (областной) народный суд Терской области учреждался на основаниях, изложенных в разработанном самим наместником проекте дополнений к «Положению об управлении Терской областью» в части, касающейся организации деятельности Областного суда, который и удостоился высочайшего утверждения в мае 1864 г. [7, 456-458].

1. АКАК. Т. XII.

2. ПСЗ-II. Т. XXXVII. Отд. 1-е. №38326.

3. ПСЗ-II. Т. XXXVII. Отд. 1-е. №38327.

4. ЦГА РСО-А. Ф. 12. Оп. 5. Д. 8.

5. РГИА. Ф. 866. Оп. 1. Д. 27.

6. ЦГА РСО-А. Ф. 12. Оп. 1. Д. 427.

7. ПСЗ-II. Т. XXXIX. Отд. 1-е. №40908.

Пояснительная записка, 
составленная командующим войсками Терской области,
генерал-майором Д. И. Святополк-Мирским, 
6 апреля 1862 г., №863 
ЦГА РСО-А. Ф. 12. Оп. 5. Д. 6. Л. 1-5.

Терская область в деле окончательного ее умиротворения представляет особые затруднения, не существующие в других отделах Кавказа.

Затруднения эти состоят в исключительных свойствах характера большой части ее туземного народонаселения и местности.

Чеченское племя, составляющее более 3/5 туземного народонаселения Терской области и занимающее по большей части горно-лесистую местность, отличается от всех племен Кавказа отсутствием всякого общественного порядка, крайним своеволием и привычкой к воровству, грабежам и разбоям, вкоренившуюся в такой степени в народные нравы, что она не только не преследуется, но поощряется общественным мнением.

Чеченцы считают постыдным делом заниматься в молодости сельскими работами и вообще честным промыслом. Молодой чеченец, чтобы приобрести вес и значение в обществе, должен заниматься воровством и хищничеством, и таким образом доказать свое молодечество. Пожилые люди, отличившиеся во время своей молодости на этом поприще, пользуются особым уважением и влиянием в народе и, естественно, поощряют своим сочувствием своеволие и буйство молодежи.

Замечательно, что чеченцам чужды патриархальные нравы, свойственные вообще молодым и даже диким народам. Власть родительская не имеет у них никакого значения, и главным достоинством человека считается непризнавание власти и неповиновение.

Такое состояние чеченского общества есть главное препятствие к водворению прочного спокойствия в Терской области и составляет важное ее различие с Дагестаном и даже с Кубанской областью, где хищничество является редкой случайностью.

В Терской области оно представляется в виде зла, нарушающего постоянно общее спокойствие и угрожающее нашему владычеству.

Преступники, пользуясь сочувствием народонаселения, или остаются безнаказанными, или спасаются бегством от законного преследования и образуют в лесах разбойничьи шайки, которые при первом случае, при появлении какого-нибудь возмутителя, готовы служить ядром возмущения. Между тем, хищничество делается их единственным ремеслом и средством к существованию. Умножающиеся от того случаи воровства, грабежа и разбоев на дорогах, в населенных местах и даже в наших укреплениях увеличивают потребность в военной силе для охраны сообщения и общей безопасности и препятствуют развитию сельского хозяйства и торговли, которых успехи могли бы более всего установить и упрочить спокойствие в крае.

Все меры, принимаемые местным начальством для уничтожения этого зла, парализующего самые благие намерения правительства и поглощающего огромные военные силы и денежные средства, оказались до сих пор безуспешными.

Неудача всех попыток в этом отношении заключается, по моему мнению, в том, что мы употребляем в дело почти исключительно военную силу; между тем как, в завоеванном уже крае военная сила должна служить лишь вспомогательным средством, и то в крайних случаях, для поддержания мер предупредительного, заботливого и энергичного управления.

Мы пытались не только владеть краем, но и управлять им и водворить в нем спокойствие и безопасность посредством укреплений, постов и пикетов.

Такая система довела нас до того, что присутствие пятидесятитысячного корпуса войск в Терской области, заключающей в себе около пятидесяти тысяч семейств туземного народонаселения, оказалось недостаточным для достижения предназначенной цели.

Очевидно, что такое положение дел не должно продолжаться, и необходимо придумать и употребить энергически самые действительные меры, чтобы выйти из затруднения, кажущегося безвыходным. Систему, оказавшуюся безуспешной, нужно переменить, и перемена эта должна состоять, по моему мнению, прежде всего в резком отделении военного вопроса от административного и полицейского.

Войска нужны в Терской области для проложения просек и дорог, посредством которых все пункты края делаются доступны для наших колонн и для немедленного подавления всякой попытки к восстанию в туземном народонаселении. Такое назначение войск дает возможность сделать, хотя приблизительный расчет, сколько их нужно и на какое время, и, без сомнения, окажется, что их теперь уже слишком много. Между тем как, по системе, принятой нынче, нет почти предела в их потребности, как относительно числительности, так и относительно времени. Затем остальное дело должно быть предоставлено административным мерам, в числе которых полицейская часть по местным обстоятельствам имеет чуть ли не самое большое значение.

Нет сомнения, что чеченскому племени, несмотря на его пороки, созданные лишь долгим влиянием особых обстоятельств, и богато одаренному от природы, доступны, как и другим народам, понятия гражданской жизни, законного порядка, общественного устройства, обеспечивающих жизнь и собственность каждого. Долг наш пробудить в чеченцах эти понятия посредством внимательного управления, правосудия, определения прав поземельной собственности и других, и развития общего благосостояния. Всем этим мерам положено начало, и они будут постепенно развиваться. Но достижение такой великой цели требует долгого времени и терпения, а между тем, перед нами зло, препятствующее достижению этой цели и поглощающее наши силы; следовательно, первой нашей заботой должно быть устранение этого препятствия. Несмотря, однакоже, на его безотлагательную важность, полицейский вопрос в Терской области остался до сих пор не только не решенным, но и не тронутым.

Употребление войск, как регулярных, так и иррегулярных, для полицейской надобности и охранения общей безопасности, как уже сказано, подвергает нас постоянному увеличению потребности в войсках, большим денежным расходам, и не достигает цели. Действительно, увеличение числа укреплений, постов и даже станиц не только не прекращает хищнических происшествий, но служит поводом к их умножению. С занятием новых пунктов войсками являются новые линии, сообщения которых нужно прикрыть. Войска, не говоря уже о станицах, имеют хозяйственные потребности, заготовляют сено и дрова, пасут лошадей и рогатый скот, и все это, раздражая туземцев лишением их части принадлежавшей им земли, вместе с неизбежной неосторожностью войск при хозяйственных занятиях и потребностью постоянных сообщений служит причиною и соблазном к новым случаям воровства и разбоев. Таким образом, мера, предназначенная к прекращению хищничества, служит поводом к его развитию, и мы сами поддерживаем огонь, который должны тушить.

По внимательном обозрении всех обстоятельств этого вопроса я пришел к убеждению, что хищничество в Терской области может быть если не совсем прекращено сразу, то значительно уменьшено только учреждением предупредительной и исполнительной полиции посредством образования внутренней стражи из туземцев.

Такая мера, кроме обеспечения полицейского порядка, будет содействовать военным мерам в отношении охранения владычества нашего в крае, уменьшая возможность возмущений, и послужит важной подмогой для администрации.

Обязанность внутренней стражи под названием Постоянной милиции Терской области в общих чертах будет заключаться в следующем:

1) составлять конвой Командующего войсками, начальников отделов, округов и участков для охранения их личной безопасности и исполнения их личных приказаний по части наблюдательной и исполнительной полиции;

2) полицейский надзор и исполнительная полиция в аулах;

3) наблюдение за безопасностью дорог и частной собственностью вообще.

Главная польза учреждения внутренней стражи из туземцев состоит в том, что лучшая, т.е. влиятельнейшая часть народонаселения, состоя на службе и получая содержание, будет связана с нами очевидным интересом и, принужденная действовать согласно нашим видам, увлечет за собою всю массу народа по желаемому направлению.

Исполнение полицейской службы исключительно туземцами устранит раздражение, происходящее от употребления для этой надобности наших войск, и придаст преследованию преступников вид народного правосудия.

В настоящее время между туземцами Терской области не существует никакого полицейского устройства. Аульные старшины, единственная полицейская власть после наибов, не получая никакого содержания от казны и не имея в своем распоряжении никакой вооруженной силы, в сущности не имеют никакой власти. Они пользуются вспомоществованием от жителей и, находясь поэтому в зависимости от них, потворствуют им и угождают более, чем своему начальству. Такое положение старшин не дает возможности определить их обязанности и возлагать на них какую-нибудь ответственность. Возложение ответственности за хищнические происшествия на целые аулы тоже не вполне справедливо и не действительно, потому что в таком случае ответственность падает на людей, не имеющих определенных обязанностей и по большей части совершенно невинных. Такая мера, заключая в себе явную несправедливость, уже поэтому не может быть действительно полезной.

С учреждением внутренней стражи из туземцев не только старшины будут состоять в числе чинов постоянной милиции и получать содержание, но в помощь им в непосредственное распоряжение будут назначены по мере надобности, смотря по величине аула и местным обстоятельствам, милиционеры в достаточном количестве для исполнения всей полицейской службы. Круг их власти, действий и обязанности будет определен с точностью, и так же точно будет определена степень их ответственности. Старшины и подчиненные им милиционеры будут обязаны следить за поступками всех жителей, постоянным и близким надзором предупреждать преступления, и в случае совершения злодеяния открывать и арестовывать преступников. Нет сомнения, что все эти люди, получая содержание и находясь в полной зависимости начальства, имеющего средства награждать и наказывать их немедленно, будут стараться выказать свое усердие и ревностно исполнять свои обязанности. Можно также утвердительно сказать, что многие из туземцев, не попавшие в число милиционеров, будут добиваться этого посредством содействия старшинам и придадут им новую силу для соблюдения общественного порядка. Таким образом, можно надеяться, что в скором времени законный порядок возьмет верх над своеволием в буйном чеченском народе, и полицейская задача, так тесно связанная с общим вопросом умиротворения края, будет решена окончательно. Тогда в видах уменьшения расходов можно будет постепенно уменьшать состав постоянной милиции и, наконец, совсем ее упразднить или возложить на жителей весь расход на ее содержание.

Для достижения своей цели положение о постоянной милиции Терской области должно заключать в себе условия достаточного содержания, возможности постоянного поощрения за хорошую службу, награждения пенсиями за выслугу известного числа лет или увечье и обеспечение пенсиями или временным пособием семейств умерших на службе милиционеров.

Только при таких условиях внутренняя стража из туземцев может принести истинную пользу, привлечь на службу лучших людей, возбудить их усердие и сделать действительный и необходимый переворот в положении нашем в Терской области.

Докладная записка 
начальника Терской области М. Т. Лорис-Меликова кавказскому
наместнику великому князю Михаилу Николаевичу
«О преобразовании Главного Народного суда», 
21 апреля 1864 г. ЦГА РСО–А. Ф. 12. Оп. 5. Д. 8. Л. 1-10об.

По высочайше утвержденному в 1862 году положению об управлении Терской областью для разбора гражданских и уголовных дел, возникающих между туземцами и особо означенных в положении – независимо от Окружных Народных судов, предположено учредить во Владикавказе Главный (областной) Народный суд как высшую и окончательную инстанцию.

По штатам тогда же изданный состав этого суда предназначен следующий:

1) восемь депутатов от народа, т.е. по одному от каждого из округов;

2) 3 кадия;

3) делопроизводитель;

4) 4 переводчика;

5) 2 писаря,

причем ассигновано на ежегодное содержание суда всего 8358 руб. 90 коп.

При вступлении моем в управление областью в марте м-це настоящего года суд этот не был еще открыт и даже не было сделано никаких распоряжений ни по выбору в него лиц, ни по определению круга его занятий.

Обстоятельство это предоставило мне полную возможность отложить открытие суда до тех пор, пока ближайшее ознакомление с населением области не убедило меня в полной соответственности этого учреждения как нуждам и требованиям населения, моему управлению вверенного, так и тому значению, которое желательно было бы сообщить этому учреждению в глазах народа.

Признавая в настоящее время вполне необходимым приступить к окончательному обсуждению этого дела, я имею честь представить на благоусмотрение Вашего Императорского Высочества нижеследующее:

Главным основанием личного состава, предположенного к учреждению Суда, служат представители народа по одному от каждого округа. Они есть судьи по всем делам, подлежащих решению по адату (а таких дел всегда значительно более противу разборов шариатских) и, конечно, все значение Суда вполне зависит от степени знания ими обычаев и условий жизни всех племен области.

Между тем, достигнуть этого не представляется, по крайней мере, в настоящее время, никакой возможности, именно по трудности приискания лиц, коим известны были бы обычаи не только своего общества, но и прочих племен, населяющих Терскую область, так как почти каждое из отдельных обществ их составляющее имеют своеобразное устройство, свои отдельные адаты, свои устные правила решения споров.

Устранить это затруднение едва ли возможно даже и увеличением числа депутатов, так как независимо от общего племенного различия и весьма часто полной вражды еще большие затруднения представят в этом случае те разнообразные сословные отношения, по которым возникает наиболее тяжб и исков, в особенности в округах Осетинском, Кумыкском и Кабардинском.

При таком положении дела суд, организованный на тех основаниях, кои изложены в положении 1862 года, по мнению моему, не только не принесет никакой пользы, но послужит только поводом к замедлению в тяжебных делах туземцев, так как решение всякого дела будет в действительности зависеть только от одного представителя того общества, к которому принадлежат тяжущиеся, и следствие их не может быть всегда правильно, в особенности в делах между лицами разных сословий и при том корыстном направлении, которое нередко замечается в местных депутатах как прямое следствие недостаточного еще нравственного развития народа.

Само собой разумеется, что все это относится до дел, решаемых по местному адату каждого общества, и что в делах, подлежащих шариатскому разбору, самое происхождение депутатов не имеет значения, но, как выше сказано, такие дела возникают весьма редко.

Обращаясь за тем к одному из непременных условий, предложенных положением 1862 г., а именно, что Главный народный суд должен иметь постоянное местопребывание во Владикавказе, нельзя не заметить, что при значительной растянутости территории Терской области условие это представляет крайние затруднения во многих случаях, особенно же при вызове свидетелей, а часто может быть причиною, что лица недостаточные лишены будут возможности достигнуть правильного решения своего дела, не имея средств к дальнему переезду, как, например, из Кумыкского округа, а между тем, в этой части края и возникают по большей части самые значительные тяжбы и иски.

Имея в виду все вышеизложенное, нельзя не прийти к убеждению, что значительные средства, которые определены на содержание Главного народного суда, были бы истрачены, не принеся никакой пользы ни частным интересам населения, ни правительству, и только лишая последних средств к развитию других учреждений в крае.

Не опровергая предполагаемое учреждение как средство, достигнуть удовлетворительного устройства судебной части по делам туземцев, я в течение своего пребывания в области вполне убедился в полной необходимости учреждения по таким делам высшей инстанции, общей для всей области, куда бы могли апеллировать недовольные решениями окружных судов по делам тяжебным, не предоставленным по количеству иска окончательному решению последних, по всем делам касающимся освобождения, распределения холопов и по некоторым другим, определение которых будет сделано положительно.

В видах достижения этой цели я полагаю организовать особый Народный областной суд на таких началах, которые бы удовлетворяли следующим главным условиям:

1) возможность действительного участия каждого депутата в обсуждении дела, решению суда предоставленного;

2) непременное присутствие в суде депутатов не только разных обществ, но и сословий, в тяжбе заинтересованных;

3) присутствие суда по возможности ближе к местам пребывания тяжущихся;

4) определенность предметов ведения суда и размеров власти его в окончательном решении дела.

Обращаясь к первому из этих условий, нельзя не признать, что соблюдение его по причинам вышеупомянутым, совершенно невыполнимо в суде, где будут заседать одновременно представители всех частей края и что, единственное средство удовлетворить этому условию – есть подвижность личного состава суда в зависимости от племенного происхождения тяжущихся.

Допустить однажды эту переменность состава с исключением в каждом случае членов, не могущих принять прямого участия в суждении о деле, сделается возможность и достижения второго условия, выполнение которого при суде постоянного состава повлекло бы за собою необходимость призвания в суд огромного числа депутатов и, следовательно, весьма значительный новый расход казны, далеко не искупаемый тою пользою, которую тот суд приносил бы народу.

Выполнимость третьего из вышеупомянутых условий, конечно, не может быть достигнуто иначе, как под важностью места пребывания суда, т.е. перенесением его периодически в такие пункты края, где вместе с средоточием управления сосредоточены и большая часть интересов населения известных обществ. Таких пунктов в области три: Владикавказ, Кр. Грозная и Хасав-Юрт. Открывая заседания суда последовательно в этих трех пунктах, является возможность доставить тяжущимся средство к личному присутствию при разборе их дел, а суду – к призванию всех нужных свидетелей и собранию чрез местную власть всех сведений, могущих служить к разъяснению дела.

Подобная подвижность местопребывания суда вполне возможна и не повлечет за собою никаких неудобств и задержания в решении дела еще и потому, что вообще количество дел, по существу своему подлежащих обсуждению областного суда, не может быть весьма значительно, так как главная причина постоянных тяжб между туземцами, а именно: права поземельного владения и разъяснение сословных отношений с учреждением во Владикавказе особой специальной по этим делам Комиссии [1], не будут восходить в суд.

Руководясь всем вышеизложенным и основываясь на тех данных о количестве занятий, предстоящим суду по делам, возникающим в каждом отделе, которые представилось возможным вывести из шестимесячного опыта, я полагаю устроить Областной суд на следующих основаниях:

1. Областной Народный Суд Терской области созывается два раза в год, каждый раз на трехмесячный срок, и в течение этого времени имеет последовательные заседания во Владикавказе, Грозной и Хасав-Юрте.

2. Суд состоит: из председателя, членов, депутатов от народа, двух кадиев, лица, присутствующего в суде по назначению Начальника области, письмоводителя, письменного и словесного переводчиков и двух писарей.

3. Все дела, подлежащие обсуждению Суда, будут, предварительно передаче их в заседания суда, сосредоточиваться в Канцелярии моей, и каждый раз пред началом заседаний мною будет утвержден порядок, в котором дела эти должны обсуждаться, с обозначением сроков для обсуждения дел каждого округа…

Число этих депутатов определяется:

А. при заседаниях суда во Владикавказе для решения дел, возникших в Западном военном отделе:

1. От Осетинского округа

2. От Ингушевского округа

3. От Кабардинского округа;

Б. при заседаниях суда в Грозной для решения дел, возникших в Среднем отделе:

1. От Чеченского округа

2. От Аргунского округа

3. От Ичкеринского округа;

В. при заседаниях суда в Хасав-Юрте для решения дел, возникших в округах Кумыкском и Нагорном:

1. От Кумыкского округа

2. От Нагорного округа.

Кадии в суд избираются Начальником области и остаются одни и те же при всех заседаниях суда, утверждаются они Командующим Армией.

3. Письмоводитель, письменный переводчик и писаря командируются на время заседания от Канцелярии Начальника области, кроме того, в распоряжение Суда назначается в каждом из отделов один словесный переводчик из числа состоящих при Начальниках отделов, а в Хасав-Юрте при Начальнике Кумыкского округа.

1. Дела поступают на решение Областного Народного Суда или по апелляциям на решения Окружных судов, или по особым каждый раз распоряжениям Начальника области.

2. Дела, по коим тяжущимся представляется право апелляции в Областной суд, суть:

А. Все дела между владельцами и холопами за право владения последними;

Б. Все дела тяжебные и исковые и дела по наследству, в коих стоимость иска превышает:

1. В округах: Осетинском, Кабардинском и Ингушевском [400 руб. в каждом] [2];

2. В округах: Чеченском, Аргунском и Ичкеринском – [500 руб. в каждом];

3. В округах: Кумыкском и Нагорном [400 руб. в каждом].

В случае если Начальник отдела почему-либо сочтет нужным перенести в Областной суд такое дело, которое он может решить по данной ему власти и сам, то это вполне ему представляется, представив только предварительно Начальнику области.

3. Выбор депутатов:

В Чеченском от каждого аула более 300 дворов по 2, от аулов в 300 и менее – по 1 к известному сроку 1 декабря в Грозной и выбираются из числа 12 кандидатов, представленных Начальником отдела.

В Аргунском и Ичкеринском округе от аула более 100 дворов 2-х и от 100 и менее – 1-го; и выбираются из числа шести в каждом округе, представляемых Начальником отдела.

4. Особого постоянного содержания депутатам и кадиям не полагается; но за все время, пока они находятся в сборе, им отпускаются суточные деньги в р-ре 2-х руб. сер. в день. При определенном заранее сроке сбора депутатов каждого округа при кратковременности пребывания их на месте сбора и при весьма значительных расходах, предстоящих им в суммах сбора, содержание это не может быть признано излишним.

5. Председатель суда, который предполагается из лиц, состоящих на службе, и лицо, назначаемое для присутствования в суде Начальником области, будут получать только следуемые им для проездов прогоны по чинам.

6. Прочие лица, как письмоводитель, переводчики и писаря, будут назначаемы временно или из Канцелярии той (Начальника области. – Е.К.), или из лиц, положенных при начальниках отделов и округов по нынесуществующим штатам.

На основании этих соображений расходы на содержание предполагаемого суда будут главным образом состоять из суточных денег депутатов и кадиев, что составит 4080 рублей.

Составленный на этих соображениях проект устройства будущего Народного Областного Суда я передаю на обсуждение г.г. Начальникам округов вверенной мне области, но имея в виду, что могущие произойти в нем изменения или дополнения будут касаться только подробностей выбора и сбора депутатов, правил решения дел и других предметов, от которых не может последовать изменения в количестве выше писанного расхода и в то же время представляется прямая необходимость к изысканию средств для покрытия тех в течение первого года расходов по преобразованию в гражданской части области согласно проекту действительного статского советника князя Багратиона Мухранского, имею счастие испрашивать разрешения Вашего Императорского Высочества об обращении на этот предмет из числа 4273 руб. 90 коп. остающихся затем в экономии от суммы, ассигнованной на Областной Народный Суд по штату 29 мая 1862 года четырех тысяч ста шестидесяти рублей, исчисляемых в вышеозначенном проекте, на чиновников особых поручений и присяжного ходатая по делам туземцев.

По получении от Начальников округов окончательных соображений об устройстве Областного Народного Суда я не замедлю представить Вашему Императорскому Высочеству подробный проект этого учреждения.

1. Речь идет о сословно-поземельной комиссии под председательством Д.Кодзокова, созданной 1 августа 1863 г. В ее задачи входило: определение численности населения по различным обществам и сословиям, определение сословных отличий и привилегий, составление планов и карт на земли, занимаемые каждым обществом; распределение земель по этническим группам, обществам и фамилиям; закрепление собственности на землю. Под председательством Д.Кодзокова был разработан проект земельной реформы у горцев, живущих на плоскости, в основе которой лежал принцип общинного землепользования. В конце 60-х гг. XIX в. сословно-поземельная комиссия была преобразована во временную Комиссию для разбора сословных правгорцев Кубанской и Терской Областей (Указ от 30 декабря 1869 г. // ПС3-II/ Т. XLIV. Отд. 2-е. №47847. С.412-415).

2. Приведенные исковые суммы обозначены в докладной записке М.Т.Лорис-Меликова "Об учреждении Главного народного суда Терской области" от 16 июня 1864 г., адресованной и.д. начальника Среднего военного отдела, где с некоторыми сокращениями воспроизведен текст публикуемого документа (см..: ЦГА РСО-А. Ф. 12. Оп. 5. Д. 8. Л. 14-1).